Зинедин Зидан для GQ Middle East

Легендарный футболист Зинедин Зидан дал интервью журналу GQ Middle East.

Интервью с Зинедином Зиданом в Мадриде для GQ Middle East раскрывает легенду футбола с неожиданной стороны. Автор подчеркивает разительный контраст: вместо «недосягаемой иконы», каким мы привыкли видеть Зидана в новостях и исторических хрониках, перед читателем предстает живой человек — более легкий, веселый, улыбчивый и удивительно простой в общении. Зидан больше не кажется «забронзовевшим» героем; он предстает как мужчина, который с возрастом все больше ценит свободу мыслей и действий, при этом оставаясь глубоко привязанным к своей семье и корням.

Рассказывая о детстве в марсельском квартале Ла-Кастеллан, он признается, что именно это место сделало пацана из Марселя Зинедина Язида Зидана, тем, кто он есть, подчеркивая важность того сурового опыта:

«Я горжусь тем, что вырос там. Этот район сформировал меня во многих отношениях. Он научил меня быть жестче, потому что там нужно было бороться за себя. Но у меня там были и очень прекрасные времена».

Удивительно, что в этом детстве не было амбициозных планов покорить мир. Зидан честно говорит: 

«Нет, в детстве я никогда не мечтал о такой карьере. Я был просто ребенком, который любил футбол. Вот и все. Мечты пришли позже».

Вспоминая своих кумиров, он с особым восхищением говорит о Марадоне — «Он был с другой планеты», — и об Энцо Франческоли, чью игру он буквально препарировал, мечтая быть похожим на него. 

“Я был одержим подражанием Энцо. Я анализировал все его ходы на поле и ходил на стадион "Велодром", чтобы посмотреть его матчи”.

В конце концов ему это удалось. Однажды его икона посвятила его в рыцари. 

“Моим единственным желанием было сыграть против него. Я получил шанс в 1996 году. Я только начинал в "Ювентусе", а он близился к концу карьеры в "Ривер Плейт". Он подарил мне свою футболку в конце матча... и я спал в ней! Это была моя мечта”.

Вскоре становится ясно, что 15-летний юноша талантлив. Его завербовали в "Канны" и отправили в футбольный тренировочный центр. 

“Мне нравилось наблюдать за тренировками профессионалов. Раньше я думал про себя: если я приложу усилия, если буду усердно работать, я тоже смогу добиться успеха? Я тоже могу это сделать, как и они?” 

Особое внимание Зидан уделяет роли своего отца, Смаиля Зидана, который стал для него главным ориентиром. История об иммигранте, который всю жизнь работал, не имея образования, но научивший сына труду, скромности и уважению к людям (независимо от их статуса), становится фундаментом всего интервью. Зидан признается, что именно этот семейный стержень помогает ему оставаться собой. Друзья и коллеги (Фабьен Бартез, Кристиан Карамбе) подтверждают это, отмечая, что Зидан всегда был невероятно уважителен к любому персоналу, будь то врачи или работники кухни. Это уважение — не игра, а то, что было заложено в семье.

Обсуждение карьеры неизбежно приводит к событиям 1998 года. Зидан вспоминает тот чемпионат мира не как личный триумф, а как «коллективное приключение». Интервьюер подчеркивает, что именно тогда Зидан перестал быть просто футболистом и стал «Зизу» — героем, с которым Франция почувствовала глубокую, почти родственную связь. 

Любопытно, что даже в рассказе об успехе Зидан избегает личного «я», упорно используя «мы». Для него это подтверждение того, что в командных видах спорта трофеи завоевываются только вместе. Даже печально известный эпизод с ударом Марко Матерацци головой и получением за это красной карточки в финале 2006 года он комментирует сдержанно: признает сложность ситуации, понимает реакцию людей, но старается не зацикливаться на негативе.

“Было тяжело пройти это. Но в то же время я понимаю реакцию людей. Это имеет смысл. Но и я почувствовал большую поддержку. Люди немного простили меня... в каком-то смысле”.

Интервью также коснулось его жизни после окончания карьеры. Зидан говорит о том, что тренерская работа — это гораздо более сложная задача, чем игра, так как она требует постоянного ментального напряжения. Упоминается его участие в арт-проекте Guggenheim, что еще раз доказывает: его влияние вышло далеко за пределы спорта. 

Хотя он больше не тренирует, Зизу никогда не бывает далеко от поля. В январе прошлого года он был замечен на трибунах на матчах Кубка африканских наций Алжира-2026. Его сын Лука присоединился к команде Les Verts годом ранее. Зизо видели всей семьей, радующимися голу, и беспокоящимся об опасных приемах соперников. 

“Я не мог этого пропустить. Это мой сын. Я был прямо за ним.” 

В 28 лет Лука собирается впервые выступить на чемпионате мира за Алжир. Сейчас он на два года старше своего отца, когда тот победил с французской командой в 1998 году.

Зидан подчеркивает, что для сына он прежде всего отец, а не тренер, и его главный совет — просто получать удовольствие от игры.

Завершая беседу, Зидан делает важное признание: он больше не «мечтает» в детском понимании этого слова. Его мечты превратились в конкретные цели. Несмотря на все достигнутые вершины и тот факт, что он уже получил от жизни очень многое, он остается конкурентом по натуре. Он признается, что скучает по полю и хочет вернуться к тренерской деятельности. 

“Я больше не мечтаю. Я ничего не прошу. Я получил очень много. Но у меня еще есть цели, потому что я конкурент. Я хочу вернуться на поле в качестве менеджера. И это произойдет в ближайшее время, я надеюсь”.

Источник: GQ Middle East