«Театр породил чудовище»: Олег Меньшиков обрушился с критикой на «Гамлета» в МХТ

Премьера «Гамлета» в МХТ имени Чехова стала главным театральным скандалом сезона. Постановка режиссера Андрея Гончарова с Юрой Борисовым в главной роли вызвала не только ажиотаж у публики, но и беспрецедентно жесткую реакцию со стороны коллег. Художественный руководитель Театра имени Ермоловой Олег Меньшиков назвал спектакль «театральной катастрофой».

Спектакль, билеты на который разлетались за сотни тысяч рублей, с первых минут шокировал зрителей радикальным отходом от классики. Принц датский в исполнении Юры Борисова предстал перед публикой в обтягивающем серебристом комбинезоне, напоминающем скафандр, передвигался по сцене на роликовых коньках и проявлял странную провокационность по отношению к Гертюде (Анна Чиповская). В постановке нашлось место и электропилам, и цитатам из «Гарри Поттера», и довольно сомнительным сценам в шкафу.

Олег Меньшиков в своем видеообращении подчеркнул, что его критика направлена не против Константина Хабенского или труппы МХТ, а против самого творческого результата, который он считает «чудовищным».

«Меня ещё подстегнул какой-то отклик в сети: что это, оказывается, гениально. Что не каждому это дано понять. Что там какие-то, б****, смыслы скрыты, которые только, наверное, сверхпросвещённый ум может постичь. Какие там смыслы? Там ни одной мысли нет. Там даже зарождение мысли отсутствует. Там какая-то «невиданная смелость», говорят. Смелость, это что? Когда Клавдий говорит Лаэрту: "Такая ситуация в стране, а ты хочешь уехать?" Это вот это что ли смелость? Это КВН. Причём сегодняшний, а не тот, лучших лет», 

— заявил Меньшиков. 

По словам режиссера, попытки прикрыть скудоумие постановки «невиданной смелостью» — это лишь современная форма КВН, не имеющая отношения к высокому искусству.

Главный месседж видеообращения Меньшикова адресован не столько режиссерам, сколько артистам. Актер призвал коллег не быть «соучастниками» провальных экспериментов и не прятаться за удобной позицией «я просто исполняю волю режиссера».

«Ребят, а может это мы виноваты? Я сейчас не как худрук, а как артист. Может это с нашего молчаливого согласия рождаются такие спектакли? Мы же как? Если успех — значит, мы красавцы, мы молодцы. А если нет — то это режиссёр, ну что я мог сделать? Мы можем делать, ребята! Конечно, если приходит Андрей Могучий, можно вслепую довериться и идти за ним. Но таких как Могучий — их мало. Может, всё остальное подлежит сомнению? И то, что говорит режиссёр — не есть истина в последней инстанции? Это всего лишь предложение к дискуссии, призыв к диалогу? Может быть, всё-таки нам, артистам, разделить ту ответственность, которую берёт на себя театр, выпуская тот или иной спектакль? И не оставаться в стороне? Ребята, от нас, артистов, очень многое зависит. И давайте об этом не забывать

», 

— напомнил Олег Евгеньевич, подчеркнув, что артисты должны делить ответственность за то, что выпускает театр.

Пока одни видят в постановке смелый постмодернистский эксперимент и «новую искренность», другие — в числе которых оказался и Меньшиков — уверены, что современный театр перешел границы допустимого.

Сам факт того, что постановка вызвала столь бурную дискуссию, подтверждает: «Гамлет» в МХТ стал событием, мимо которого не смог пройти никто.